Алексей Серебряков: " Жизнь всегда лучше, когда тебя окружает доброжелательность и терпимость. Спасение человечества только в этих двух категориях"

Наступил новый год. По восточному календарю – год огненной собаки. Мы дружно любим этих животных и не сомневаемся в их преданности. Одни держат собак у себя дома и с упоением рассказывают о своих питомцах, другие подкармливают бродяжек на улице. Но не все способны взять бездомную собаку и приютить у себя. Таких бескорыстных людей не много, но они, к счастью, есть. Один из них – замечательный актер и просто хороший человек Алексей Серебряков. С ним мы и встретились накануне Нового года, и наш разговор начался именно с темы бездомных собак.

Собаки – ангелы, которые любят нас бескорыстно

Я абсолютно уверен, что люди в цивилизованных странах не могут доводить ситуацию до такого состояния, когда по улице бегают бездомные собаки. Это показатель недееспособности страны и населения. Показатель духовной и душевной нищеты.

К сожалению, в стране, в которой я родился и которую люблю, очень много бездомных собак. Один я не в состоянии полностью изменить ситуацию, но пытаюсь бороться с ней. Всю жизнь я жил с собаками, причем с подобранными на улице. Огромное количество собак раздал хорошим людям. Потому что абсолютно уверен в том, что собаки – это ангелы. Ибо они любят тебя любого. Ты можешь быть злым, агрессивным, жестоким, каким угодно – все равно собака будет любить тебя всегда. На такую любовь способны только ангелы и собаки. Поэтому, сколько я себя помню, они у меня всегда были. И это чувство я хочу привить своим детям. Они привыкают к тому, что собака – это такое родное существо, которое всегда рядом. Эти создания спасают тебя, лечат и успокаивают. Это друзья, которых не ищут за деньги и не выбирают по принципу «это подходит к моей сумочке или жилищу».

Слава Богу, у нас достаточно большая квартира, и в ней всем хватает места. И моей семье, и моим собакам. Наш огромного размера дог по кличке Марк был найден на бензоколонке на Рублевском шоссе. Он был совершенно больным и худым доходягой. За три года Марк превратился в красивую ухоженную собаку и одаривает нас своей спокойной уверенностью.

Веру Павловну (черную игривую собачонку) нашли на Цветном бульваре, она горожанка. У нас с ней абсолютное взаимопонимание. Это имя я дал ей не в честь героини Чернышевского. Просто она напоминает мне некую женщину – начальника отдела кадров на овощной базе, которой абсолютно до всего есть дело и она в курсе всех событий. Еще Вера Павловна любит показать, что агрессивна и злобна. И это при абсолютной доброте и тишайшем поведении. Пудель Патрик – Петя живет у нас уже тринадцать лет. Мы увидели его, одинокого, на птичьем рынке. Рынок уже закрывался, и непроданные животные бродили по нему. Нам Патрик сразу понравился, и мы решили взять его с собой. Он абсолютно флегматичный. Я бы сказал, что он инопланетянин, такой несобачий собак, даже, скорее, овечка.

У нас были и другие собаки, но, к сожалению, уже умерли. Конечно, я не мог бы брать бездомных животных к себе домой, если бы не поддержка и понимание со стороны моей жены Маши.

В нашей семье царит обоюдное счастье

С Машей мы живем уже больше десяти лет в обоюдном счастье. У нас двое детей: дочь Даша и пятилетний Данила. Я стараюсь как можно больше времени проводить с семьей. Конечно, когда снимаюсь, приходится быть вне семьи. Но стараюсь выбирать такие роли, чтобы съемки проходили в Москве, и я бы мог подольше находиться дома. Потому что с двумя детьми и собаками Маше справляться довольно тяжело, я всегда стараюсь ей помогать. И она, в свою очередь, помогаетмне. Я обсуждаю с Машей каждое поступившее мне предложение. Во-первых, в силу того, что у нее замечательная интуиция, гораздо лучше, чем у меня. А во-вторых, потому что нужно строить график собственного существования в зависимости от тех обстоятельств, которые требуют обсуждения на семейном совете. Собственно говоря, достаточно большое количество ролей я сыграл только потому, что Маша настаивала на этом.

Стараюсь все свободное время посвящать семье, мы любим вместе отмечать праздники. Новый год я вообще всегда встречаю с семьей. Второй год подряд мы приезжаем в дом отдыха «Покровское», и уединяемся своим семейным небольшим кругом, чтобы провести этот праздник вполне полноценно. Здесь для этого все условия. Ведь не секрет, что актер, бывая в людных местах, всегда вызывает некое любопытство у окружающих, которое не всегда способен удовлетворять. Я не могу сказать, что люди слишком навязчивы, нет, они достаточно деликатны по отношению ко мне. Но когда тебя просят сфотографироваться, и ты делаешь это в двадцатый или тридцатый раз за день, это достаточно тяжело, и от этого очень устаешь. А здесь я могу отдыхать спокойно.

Но, как ни печально, этот отдых непродолжителен. Так как в силу многих обстоятельств (большой семьи и больших обязанностей) мне приходится сниматься чаще, чем я хотел бы. Я вынужден это делать, чтобы зарабатывать деньги, потому что ничего другого я не умею. Может, это звучит резко, но, поскольку я актер, меня покупают для производства продукта. И я продаюсь. Другой вопрос, что хороший материал предлагается раз в три года. Но я же не могу говорить семье: «Ребята, мы будем есть только раз в три года», поэтому иногда вынужден соглашаться на не очень хороший материал. Но стараюсь делать свою работу максимально хорошо, чтобы самому не было стыдно.

Работать по максимуму

Я все привык делать по максимуму, начиная со школы, которую окончил с золотой медалью. Возможно, я действительно занудлив по отношению к тому, за что берусь. Но считаю так – или делай как надо, или вообще не делай.

Слава Богу, у меня нет таких ролей, за которые было бы стыдно. А что касается фильмов… Ну, вот я не считаю «Бандитский Петербург» высокохудожественным произведением. Для меня это все-таки телевизионный сериал со всеми вытекающими отсюда последствиями. А потом, я всегда оцениваю не то, что получилось в результате, а то, что могло бы быть, если бы все принимающие участие в производстве, были бы талантливыми, интересными и умными. Поэтому конечный продукт, который выходит на экраны, для меня всегда чуть хуже или гораздо хуже того, что могло бы быть. Это касается многих фильмов. Например, сериал «Баязет». Приходилось работать не благодаря, а вопреки, а от этого сильно устаешь. Три месяца мне пришлось убеждать продюсера, что нужно останавливать производство и менять режиссера. Ко мне не прислушивались. Но через три месяца, когда мы вернулись из Сирии, где куча артистов получала суточные, обеды, номера в гостиницах, и привезли вместо готовых восьми серий только две, продюсер спросил: «Слушайте, а где же бои, осада, гибель крепости. И где мои деньги»? И только тогда он решил поменять режиссера. А мне, как ни странно, было жаль чужие, потраченные впустую деньги. Я считаю, так работать нельзя. Это тема больная для всей страны в принципе. Удивительное желание людей что-то сделать, притом что делать ничего не умеют. Это удивительная способность не желать работать. А почему? Этого понять невозможно. Такая же ситуация и с кино.

Хотя в настоящее время, без сомнения, в кинопроизводстве идет очень мощный позитивный процесс. Картины, которые сейчас снимают, начинают приносить деньги. Ведь поймите, ситуация очень простая – нужно, чтобы была индустрия. Когда индустрия будет мощной, когда будет сниматься пятьсот картин в год, среди них возможно появление двух-трех шедевров. А если снимается пять картин, ожидать шедевров не приходится. Конечно, иногда такое бывает, но это уже чудо. Но на самом деле мое такое старческое хныканье напрасно, потому что сейчас происходит много позитивного в кино. Люди, которые не умеют работать, начинают отсеиваться. А кто умеет, достаточно продуктивно вы пол няют свои задачи. Сейчас в этом отношении идет позитивная волна.

Многие актеры взялись за постановку фильмов. И передо мной уже много-много лет стоит такой вопрос. Но пока нет материала, из-за которого я сказал бы своей семье: «Ребята, подождите. Год меня не трогайте, я буду заниматься своей картиной». А когда появится материал, из-за которого я буду готов взвалить на себя огромную ответственность, тогда, может быть, я сам поставлю фильм. Но должно быть так, чтобы я на разрыв своей аорты сказал: «Леш, вот если ты не снимешь, ты умрешь». Но такого еще не было.

«Раб ящика»

И пока я снимаюсь в тех фильмах, которые мне предлагают, являясь рабом замечательного и одновременно отвратительного «ящика» под названием «телевизор», потому что мне приходится производить продукт и для него. Когда я работаю для телевизионного сериала, то понимаю, что это определенная конструкция, и я должен в эту конструкцию вкладываться. Телевизионный формат – это особая схема, отличная от кино. Вполне естественно, снимаясь в телевизионном сериале, нельзя нарушать определенных правил, определенных конструкций. Потому что нарушение этих конструкций приведет к тому, что продукт будет хуже. То есть все те категории, которые в кино хороши, телевизионному фильму противопоказаны. Потому что если изображение будет чуть сложнее, зритель переключит кнопку. А это значит, ты произвел плохой продукт. Поэтому, работая в сериале, я должен учитывать, что принимаю участие в производстве продукта массового потребления. То есть я должен быть понятен наибольшему количеству зрителей.

Сейчас я снимаюсь в телевизионном сериале, которыйназывается «Девять месяцев» и рассказывает о работе роддома. Я играю там акушера, правда практику в роддоме не проходил, поскольку нет времени. В роль вживался на ходу. Работой очень доволен. Где-то в марте сериал появится на телеэкранах.

Еще занят в картине Александра Рогожкина «Перегон». Она тоже выйдет, наверное, к марту. Я очень надеюсь, что это будет хорошее кино. Там я играю такого воинствующего хама, больного на всю голову.

Вообще, мои острые черты лица и моя убедительность в том, что называется злоба и агрессивность, очень для этого подходят. Но это не значит, что я не делаю ничего другого. Другое находится на дисках и называется «кино не для всех». Никого не хочу обидеть, но оно рассчитано не на массовую аудиторию, а на некоторых любителей. Таких фильмов много, и в них я исполняю самые разные роли. Но поскольку у этих картин нет своей жизни, они такие как бы мертворожденные дети, зрители знают меня, в основном, по «Бандитскому Петербургу». Быть Гамлетом в любой роли

Когда учишься в институте, без сомнения, думаешь о возвышенных категориях. Потому что ты молод и движим романтическими помыслами и порывами. И, вполне естественно, хочешь сеять разумное, доброе, вечное. С годами это проходит. Потому что сталкиваешься с тем, что ты просто вынужден зарабатывать деньги, на которые должна жить твоя семья. И разумное, доброе и вечное тебе никто не предлагает сеять. А предлагают надеть женское белье и кривляться где-нибудь на сцене. Я говорю про количество мужчин, которые в телеэфире и на концертах одеваются в женщин. Их сейчас так много, что это дурновкусие стало принципом. А количество зрителей и денег, которые они приносят, просто зашкаливает. Я не отрицаю этого вообще. Ну, во-первых, я тоже переодевался в женское платье в кино, которое 9 лет благополучно пролежало на полке, и только сейчас, слава Богу, нашлись люди, которые выпустили его хотя бы на DVD. Это картина «Серп и молот». В ней я играл сначала женщину, а потом мужчину. Я переоденусь в женское платье, если этого требует материал, и ничего плохого в этом не вижу. Но сейчас на эстраде появилось огромное количество таких персонажей. Одни мужики в платочках сменяют других мужиков в платочках. И это какая-то запредельная потеря гетеросексуальных наклонностей.

Вполне естественно, что с годами романтические порывы сильно подвергаются сомнению, и вообще возникает вопрос «а нужно ли»? На самом деле, Гамлета можно играть под любым образом. Потому что Гамлет – это замечательная драматургическая конструкция под названием «что я есть такое и в какой связи я нахожусь с окружающим меня миром». Вопрос «быть или не быть» я, во всяком случае, стараюсь задавать себе в любой роли. Я абсолютно уверен, что каждый человек может на своем месте, в кругу своей семьи делать что-то хорошее для того, чтобы жизнь была лучше. Вот я, например, очень доволен своей жизнью. Потому что у меня большая квартира, у меня собаки, которые меня любят, которые меня встречают, когда я прихожу. У меня дети, я могу дарить им подарки. И это вопрос не того, что я зарабатываю много денег. А того, что я это сделал сам, и прилагаю к этому максимум усилий. Поэтому, если человек хочет что-то сделать, он должен это делать, а не ждать, когда за него это сделает кто-то другой.

Жизнь всегда лучше, когда тебя окружает доброжелательность и терпимость. Спасение человечества только в этих двух категориях. Правда и то, и другое связано с самой главной, пожалуй, темой – это совестливостью, которая, к сожалению, уходит. Ведь даже берясь за постановку какого-то материала, человек должен руководствоваться совестливостью. Потому что интеллигентный человек говорит: «Смею ли я, имею ли я право?». А хам говорит: «А я сниму». Один говорит: «Имею ли я право войти, постучаться?». А другой открывает дверь ногой. Ну и попадает в такой грязный сарай. Просто перед некоторыми интеллигентными людьми, которые много лет стоят перед дверью и задают себе вопрос «имеют ли они право войти», эта дверь открывается сама, а за ней – рай. Потому что эти люди своим поведением, своими сомнениями, терзаниями, терпением и желанием понять доказывают собственную состоятельность.

А вообще, для того чтобы быть счастливым, достаточно просто улыбнуться. И обязательно кто-то улыбнется тебе в ответ.

Беседу вела Елена МИЛИЕНКО

216.73.216.246