Иван Игнатович Васин и его судьба

Бывали хуже времена, но не было подлей

Отец мой умер летом прошлого года, и я разбираю его бумаги. Удостоверения о наградах, трудовая книжка, старые фотографии. Одна, небольшая, на обороте подпись — Иван Игнатович Васин, мой родной дядя. Замучен в тяжелой неволе в тайге за Уралом. Реабилитирован в 1956 году.

Отец мне про него ничего не рассказал, а мама как-то обмолвилась, пересказала рассказ отца, и, похоже, это тот самый человек, о котором шла речь в рассказе. Это брат моей бабушки Акулины Игнатьевны, он был участником Первой мировой войны, попадал к немцам в плен, ко времени Второй находился уже в возрасте, и его на фронт не взяли. Деревня слушала радиоприемник, по которому рассказывали о том, что немцы очень лютуют по отношению к населению на оккупированных территориях. Ивана Игнатовича черт дернул высказаться в духе «Надо же, а в Первую мировую нормально к нам немцы относились». Этого хватило, чтобы какая-то падла донесла, пришли чекисты и человека забрали, больше его никто не видел. Приписали, видимо, антисоветскую агитацию и призывы сдаваться в плен. Но материалов дела нет, нет и сведений о реабилитации, кроме отцовской надписи на фотографии.

Пытался найти в базах данных по репрессиям. Там полтора миллиона загубленных душ, одних только Иванов Васиных среди них полсотни, но Ивана Игнатовича среди них нет. Сколько же людей загублено бдительными чекистскими мразями ни за что ни про что.