Два варианта будущего

Если 18 марта Путин вылезет из своей норы и снова увидит свою тень — нас ждет долгая, долгая, долгая зима. Нет, не на шесть недель, как предрекал вылезший из норы сурок, а на шесть долгих, долгих, унылых нудных лет.

Этот чертов непрерывный российский день сурка достал до печенок. Такое впечатление, что вся страна попала в собственную версию фильма, снятого когда-то давно, в 93-м.

Временная петля удавила всех и вся, такое впечатление, что даже не день неотличим ото дня, а год от года. И в будни, и в праздники, одно и то же, одни и те же. Одни и те же рожи псевдополитиков, псевдооппозиции из Думы, одни и те же вечно молодые от ботокса «артисты» в телеящиках, одни и те же живые консервы отечественной поп-музыки. Все они всё больше и больше смахивают на мумии. И вместе с ними мертвеет страна. За какие грехи нам это всё?

Метеорологу Филу Коннорсу его испытание было послано за чванство, звездную болезнь, нарциссизм и эгоизм. Оглянитесь, почти всё — про нас нынешних (наша самовымышленная невероятная «духовность», и все вытекающее, да-да, все эти подлые враги вокруг, уверенность в том, что только мы знаем как правильно жить и желание всех вокруг этому учить).

И вот щелкают радиочасы 19 марта, а мы опять во вчерашнем дне. Наверное, даже снова протесты, снова зачистки Москвы от несогласных, аресты, избивающие демонстрантов росгвардейцы, снова Путин, едущий по пустой столице принимать президентский пост сам у себя. Все это уже когда-то было.

И все-таки теплится надежда — а вдруг?

19 марта вдруг выясняется, что народу настолько осточертел весь этот день унылого лживого сурка, что люди взяли да и пошли на избирательные участки, да и накидали бюллетеней хоть за кого, хоть за черта лысого, только не за сурка бесконечного. Представляю себе, что начнется. Фейерверки, попойка, шампанское рекой, люди на улицы высыпают и радуются, вопят от восторга, обнимают друг друга. Биржи скаканули до небес, все новостные агентства мира показывают картинку ликования в России — кончился, кончился день сурка. Весна!