Как подавить свою ненависть и злость?

Я Родился на Украине, в городе Первомайск Луганской области. Нов 1998 году я переехал в Одинцово. В 2002 году я стал гражданином РФ, и жителем Одинцово. Но в моем родном городе, в городе, где я родился, остались мои родные дядя, тетя, а также троюродная сестра с 7-летним сыном. Несмотря на то что уркаинские войска разрушили почти дотла весь мой родной город они не хотят уезжать оттуда. И что мне делать? Мне очень тяжело от этого. Как жить с этим? Как жить, и знать, что возможно очень близкие тебе люди могут вот вот умереть? как с этим жить. подскажите?

arthas, приветствую!
Дело ведь не просто в том, как жить с этими фактами, а о том, как Вы живёте со своими чувствами по поводу этих фактов.
А что Вы чувствуете к родственникам, и что чувствуете к их решению оставаться там?
Предполагаю, что кроме страха за них, есть ещё и возмущение их решением.

А ещё есть Ваше собственное несогласие с их решением, они не слушают Вас, они ведут себя так как хотят себя вести.
Думаю, Вам тяжело ещё и от того, что Вы бессильны перед их решением, и возможно, самое трудное — признать собственное бессилие, невозможность управлять их решением, невозможность контролировать их безопасность.

Что из перечисленного тяжелее всего для Вас?

Я только сейчас обратил внимание на Ваш заголовок — «как подавить свою ненависть и злость?»

Подавить любое чувство — это путь к усилению внутреннего конфликта, это не помогает.
Подавленное чувство потом вылезет наружу ещё более сильным способом, или Вы начнёте разрушать своё тело и здоровье в психосоматических проблемах.

Важнее понять — что именно вызывает злость и ненависть?
И почему Вы не готовы смириться с тем, чем не можете управлять?

Очень сочувствую. Я чувствую что-то подобное, хотя, конечно, в существенно меньшей степени, т. к. я не оттуда.
Хуже всего чувство собственной беспомощности, осознание, что не можешь повлиять на эти события.
Кто-то едет туда, кто-то записывается в волонтёры.
Я немного помог беженцам, и помог волонтёрам.
Осознание, что я хотя бы что-то сделал, пусть не так много, но намного больше большинства «россиян» — помогает.