Грозит ли нам двоевластие?

Это выдержки из материала газеты «Русский репортер», посвященного тому, как будет развиваться Россия после 2 марта.

«Как будут развиваться события после выборов. Владимир Путин уже пообещал возглавить правительство в том случае, если народ проголосует за Медведева. То есть нынешний президент так или иначе останется у власти, его курс будет продолжен, а стабильности ничего не угрожает. Это позволило пройти через выборный период максимально спокойно. Но эта же ситуация уже вызывает растерянность в среде чиновничества и конфликты внутри правящей команды. Либо Дмитрий Медведев сможет в течение ближайших нескольких месяцев стать настоящим лидером и административной системы, и страны, то есть добиться ясности и порядка, либо стабильность государства окажется под угрозой.

Такого Россия еще не знала. Человек, обладающий самым мощным политическим капиталом в стране, меняет высший пост в государстве на должность второстепенную. Далеко не все, конечно, поверили в искренность Путина, добровольно согласившегося играть вторую роль в верховном тандеме. Чиновники на всех уровнях властной вертикали, мягко говоря, дезориентированы, не вполне понимая, кто же из двух лидеров — Путин или Медведев — будет олицетворять для системы политический центр.

В явном замешательстве пока пребывают и остальные россияне. По заказу редакции нашего журнала исследовательский центр портала Superjob.ru опросил 21 февраля 3 тыс. респондентов, представляющих все регионы страны, попросив их ответить: «Кто будет главным в России после президентских выборов?» Верховное первенство Дмитрию Медведеву отдали только 22% опрошенных. Владимиру Путину — 37%, а с формулой двоевластия смирились 18%. Таким образом, интуитивно более трети из нас допускают, что глава правительства может стать выше, чем президент.

Выборы 2 марта решают проблему стабильной передачи власти, но в то же время ставят вопрос о прочности самого института президентства. А Россия, как большая, национально пестрая и сложная страна, не может позволить себе риска ослабления верховной власти. Кто несет самую большую ответственность за будущность столь принципиального для нашей страны института президентства? После выборов она главным образом ложится на Дмитрия Медведева. Он просто не может позволить себе быть слабым лидером: слишком велик риск деградации президентской власти, а значит, и государства в целом. Другой инстанцией, ответственной за институт президентства в России, является сам Путин. Если он, будучи премьером, попытается сохранить в своих руках все теневые рычаги политического руководства, он не только ослабит позиции своего преемника, но и поставит под удар президентскую власть как таковую.

«Кланы — так называемые силовики и либералы — сохранят свои позиции и продолжат незримую для публики междоусобную войну», — убежден депутат Госдумы бывший полковник ФСБ Геннадий Гудков. Точка зрения, согласно которой Медведев, как и Путин, будет вынужден балансировать между двумя кремлевскими кланами, широко распространена и очень живуча. Она опирается на успешный опыт Владимира Путина, который укреплял авторитет президентской власти, не ослабляя накал внутрикремлевской борьбы и не позволяя какой-то одной группировке одержать решающую победу.

Конечно, оставшийся в большой политике Владимир Путин — фактор стабилизирующий. Но тот факт, что во время его президентства борьба группировок то и дело выплескивалась наружу, говорит о том, что изобретенная им конструкция сдержек и противовесов сама по себе нестабильна и требует пересмотра. Поэтому самым хорошим сценарием был бы тот, при котором новый баланс сил устанавливался бы, как и до сих пор, из одного центра силы, а все нити управления неизбежными конфликтами постепенно передавались бы в руки нового президента. В любом случае слабое первое лицо или двоевластие для России равносильно катастрофе. Совместное правление возможно лишь на первоначальном этапе, и длиться оно будет недолго».